20:38 

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
По традиции, начали коллекционировать четвёртые места. Ну что за нафиг?

"Ну вот, бронза!" (с) Уральские пельмени, 2000 г.

Всё, есть первое золото, пока неофициально. Чисто математически даже при наихудшем раскладе канадцы у наших в фигурном катании могут отыграть шесть баллов максимум, а разница уже семь.
запись создана: 09.02.2014 в 15:11

19:29 

Гений русского фигурного катания

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Неудивительно, что всё больше и больше телепрограмм сейчас выходит на олимпийскую тему, только что шёл "Прямой эфир" по второму. Участие легенд спорта, прямые эфиры из Сочи - это всё хорошо и понятно, и даже бодрые репортажи о том, как там всё круто сделано, особо не раздражали. Но вот то, как ведущий раз за разом сообщал о скором показе выступления Плющенко, именуя его именно так, как написано в заголовке поста, меня просто выбесило. Ну вот на черта такое восхваление до старта? Спору нет, Плющенко место в истории спорта заслужил давно, но блин, сейчас-то ему выступать снова, и превозносить любого спортсмена до начала соревнований, каким бы абсолютным фаворитом он ни выглядел (а Плющенко сейчас им не выглядит, кстати говоря - даже российский чемпионат он ведь не выиграл) - дело гиблое.

Upd. К счастью, сегодня он откатался отлично. Но всё равно радоваться и славить надо потом.

12:33 

Возвращение ролевой классики

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Ох, как давно я этого ждал. Уже и надеяться перестал, честно говоря, предполагая, что остаётся лишь вспоминать многие и многие часы, проведённые в странствиях по обширным просторам Терры, Ксина, Энрота, Эратии и Джадама. Но всё-таки ожидание не осталось бесплодным, и несколько дней назад таки вышла десятая часть знаменитой ролевой серии - Might & Magic X: Legacy.

И что особенно приятно - сделана она действительно как наследие старой серии, без каких-либо новомодных элементов: четыре персонажа в группе плюс два места для наёмников, пошаговые бои от первого лица, многие элементы интерфейса и заклинания взяты из прошлых частей, и даже движение идет по клеточкам, как в первой - пятой частях. А название первого города, куда попадают герои - Сорпигаль-у-моря - и вовсе заставило ностальгически прослезиться. И даже есть словесные загадки (ну, пока я нашёл одну, но сильно сомневаюсь, что она останется единственной) и традиционная головоломка с обелисками. Конечно, мир, в котором происходит действие, не тот, что раньше - это Асхан, который игрокам уже знаком по пятым и шестым Героям; но это вполне естественно.

В общем, думаю, пока я не проведу по охваченному смутой полуострову Эгин свою группу из двоих людей, гнома и орка, вряд ли успокоюсь. Кстати, довольно любопытным оказался подход разработчиков к расово-классовой системе. В цифрах всё традиционно - четыре расы, двенадцать классов. Но вот классы эти не общие, а различные для рас - по три на каждую. Так, человека можно сделать наёмником, крестоносцем или вольным магом, а орка ждут пути варвара, охотника или шамана; по традиции, со временем персонажи могут достичь продвинутых классов; к примеру, эльф-друид станет верховным друидом, а следопыт гномов - снайпером.

В общем, я продолжаю исследовать новый мир и надеюсь на новые открытия. Хорошо, когда ожидания таки оправдываются...

14:29 

Мэтью Фиппс Шил. "Князь Залесский"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Такая мелочь, как явная невероятность подобного положения вещей, никак не должна
влиять на нас в роли мыслителей, и мы не можем отвергать сей логически обоснованный вывод.


В прошлом году мне попала в руки весьма любопытная антология детективных рассказов эпохи зарождения жанра - "Не только Холмс. Детектив времён Конан Дойла". Среди множества включённых в неё произведений был и рассказ малоизвестного в России писателя Мэтью Шила "Кровь Орвенов", главным героем которого стал некий князь Залесский, эмигрант из России, живущий уединённо в собственном замке в английской глуши, но при этом не отказывающий другу в разрешении некоторых запутанных загадок.

В прошлом же году, как оказалось, одно любопытное наше издательство, специализирующееся на электронных изданиях, выпустило целую книгу, собрав в неё весь цикл рассказов Шила об этом декадентствующем детективе. "Весь", возможно, звучит несколько громко, учитывая, что всего Шил написал о князе Залесском лишь три рассказа; ещё несколько были дописаны уже после его смерти Джоном Гаусвортом, и не включены в сборник. Впрочем, об Огюсте Дюпене написано ничуть не больше произведений, что вовсе не мешает Эдгару По считаться основателем детективного жанра; так и князь Залесский и Мэтью Шил с полным правом занимают свои места в ряду литературных сыщиков и их создателей.

О самом князе из рассказов становится мало что известно; по какой-то причине он покинул Россию (точно не из-за революции, поскольку рассказы написаны задолго до неё), некоторое время вращался в лондонском обществе, а затем оставил и его, затворившись в провинции. Даже имя его в книге не указывается. В критике принято называть князя Залесского "Шерлоком Холмсом в доме Эшеров". Внешне Залесский и вправду похож на Холмса, однако привычки и метод действий сходны с холмсовскими лишь отчасти. Залесский живёт в одиночестве, лишь с одним слугой, занимаясь преимущественно коллекционированием редкостей и изучением древней литературы; разгадывание загадок для него, скорее, просто развлечение, причём поиском новых загадок сам он не занимается, а обращается к ним только после обращения друга за помощью. Да и разгадки он ищет почти исключительно собственным разумом, выбираясь из своего жилища только в самых исключительных случаях. С произведениями По, возможно, у рассказов Шила больше общего, особенно это касается вычурного, отчасти избыточного стиля описаний, а также изображаемых автором декораций: замок Залесского оказывается словно бы скопирован из одного, а то и нескольких рассказов американского писателя.

Любопытно отметить и ещё одну характерную черту этого героя, а возможно, и самого автора. В какой-то момент он выступает настоящим апологетом идей, ныне признанных преступными, но в те времена достаточно распространённых и имевших немало открытых сторонников. В последнём из трёх рассказов звучит настоящий гимн евгенике и "очищению" человеческого общества путём уничтожения болезней и увечий... вместе с больными и увечными. Хотя князь вроде бы выступает против тайного общества, исповедующего эту идеологию, но в то же время в его речах подобные идеи звучат вполне уверенно. Даже интересно, стал бы Шил развивать эту идею, напиши он о Залесском ещё... Не исключено, что да - критики называют писателя приверженцем социал-дарвинизма. Но чего не произошло, того не произошло, и рассказы о князе-детективе остаются в истории литературы лишь любопытной вариацией на популярную тему.

16:54 

С наступающим!

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.

21:15 

Михаил Успенский. "Богатыристика Кости Жихарева"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Начнешь былину копать – до центра Земли докопаешься.


Первые произведения Михаила Успенского появились в печати в конце 70-х - начале 80-х годов, но вряд ли сильно ошибусь, если скажу, что по-настоящему прославил его выход в 1995 году романа "Там, где нас нет", первой части и по сей день самого известного его юмористического цикла о приключениях богатыря Жихаря. Впоследствии к первому роману добавились два продолжения и одно или два ответвления, а дальше Успенский перешёл к совсем иным темам и экспериментам разной степени успеха. Однако последняя на данный момент его книга уже самим названием намекала на явную связь с популярной серией. С другой стороны, это совершенно очевидно не было и прямым продолжением цикла, так что интерес подогревался вдвойне.

Костя Жихарев - в общем-то обычный подросток из провинциального городка Кислорецк; обычный, да не простой - силу ему довелось унаследовать от основателя их рода (да-да, того самого Жихаря) поистине богатырскую, вот только характера соответствующего у мальчика не оказалось, так что сила эта служила преимущественно для приколов вроде перевёрнутых киосков с мороженым да машин. И оказался бы вскоре бесхарактерный богатырь в недружных, но многочисленных бандитских рядах, если б не отец, вовремя отправивший сына на каникулы в деревню к прабабушке. Но одной лишь деревенской жизни, пусть и нелёгкой, для воспитания богатыря маловато, так что лежит Костина дорога дальше, за Калинов мост в былинные земли, за официальным документом-богатыристикой.

Если читатель, открывая эту книгу, рассчитывал увидеть в ней привычный вихрь шуток, гэгов и каламбуров, составлявших основное содержание приключений самого Жихаря, то он в своих ожиданиях очень быстро разочаруется. Не то чтобы их нет совсем, но раскатаны они по тексту куда более тонким слоем. Сюжетные похождения Кости Жихарева тоже оригинальностями и неожиданностями не сияют, и можно было бы вздохнуть удручённо на тему "два раза в одну реку не войдёшь", "всему своё время" и "не стоит реанимировать покойника", но вскоре становится ясно, что замысел у книги совсем иной. Приключения Кости то и дело прерываются новыми и новыми частями "как бы лекции", которую читает ему уже знакомый читателям серии вездесущий и мудрейший гомункул Виссарион Глобальный, в просторечии и для друзей Колобок.

А темой этой "как бы лекции" становится былинно-богатырская реальность в самых разных воплощениях. Откуда появились богатыри? Как и кому служили? Чем вооружались? Чем питались, наконец? Как вели себя на собственных заставах и на княжеском пиру? При этом слог, понятное дело, от научного далёк, так что в сон, как сам Колобок и обещал, совсем не клонит. Находится место и собственным историям отдельных богатырей, как старших (Святогор, Микула Селянинович, Волх Всеславьевич), так и более знаменитой троицы. Часть внимания автора-лектора уделена и былинам как таковым - их происхождению, месту в жизни людей и в литературе, влиянию реального мира на них. Парадоксальным, но при этом убедительным образом Успенский неожиданно сравнивает былины с одним крайне популярным в наши дни поджанром фантастической литературы. Каким именно? Пусть это для тех, кто захочет прочитать, останется небольшим секретом до поры до времени.

16:58 

Никогда не писал вишлисты...

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
...но был осален Omella, такчта пришлось. Оказалось, не такое это простое дело, формулировать хотелки.

1. Книги. Что ещё у меня может быть первым пунктом? Но, учитывая и так уже их избыточное количество, приходится ограничиваться какими-нибудь уникальными изданиями. Я не имею в виду редкие и дорогие раритеты, конечно же. Критерием отбора может быть удобство исполнения (как пример - "азбучная" серия "Полное собрание в одном томе"; у меня есть из него полный Холмс, полный "Отец Браун" Честертона" и полный же Шекспир), издание какого-либо произведения или цикла с обилием дополнительной информации и, возможно, в новой редактуре (как вышедший несколько лет назад трёхтомник "Конана" от Эксмо) или хотя бы отсутствие аналога в сети (как "Пропавший легион" Тертлдава; привычного мне перевода по имеющимся книгам в онлайн-библиотеках нет).

2. Отдельным пунктом - околоигровая литература. Атласы, энциклопедии и тому подобное. Возвращаясь с Кипра, я многое оставил там, но увесистые тома по World of Warcraft и Dragon Age не бросил.

3. Исторические карты и атласы. Желательно подробнее, чем школьные, которых у меня практически полный набор, нередко больше чем по одному на какой-либо период. Благо даже в них встречаются разные подходы. И опять же желательно не более чем альбомного формата.

4. Новое, недавно появившееся увлечение - нумизматика и бонистика. То есть различные аксессуары для них - альбомы, листы для монет и банкнот, опять же связанная литература. Да и интересные экземпляры тоже, несмотря даже на возможность повтора. Желательно, конечно, в более-менее приличном состоянии.

5. Музыкальные диски. В плане музыки я чрезвычайно тяжёл на подъём, предпочитая по многу раз переслушивать что-то знакомое, чем открывать новое. Но если меня таки растолкать и всучить это самое новое, то я наверняка обращу на него внимание. Правда, почти наверняка только в том случае, если это будет рок или бардовское творчество.

6. Электронная читалка. Несколько раз заходил в магазины, присматривая себе что-нибудь, но так и не выбрал. Даже не могу выбрать, какой вид я хочу - с чёрно-белыми электронными чернилами или цветную на Андроиде. Первая вроде как полезней, но цветные иллюстрации это тоже здорово...

7. Горький шоколад. Всяко приятнее сладкого перца :) А если серьёзно, то даже при ограничениях в сладостях хочется, чтоб было повкуснее, да и что-то новое не помешает.

8. Флешки. Не то чтобы мне их не хватало, но лишних их не бывает, тем более что и теряются временами.

9. Наручные часы. Опять-таки не то чтобы так уж хочу, за долгий период отсутствия их снова привык смотреть время на телефоне, однако есть в их ношении что-то такое особенное. Тем более что сам себе я часы никогда не покупал, все, какие носил, были подарены.

10... оставлю пока пустым, может, ещё придумается что-то, а может, будет символизировать всё то, что хочется в глубине души и не слишком хорошо формулируется словами.

"Салить" во флешмобах, впрочем, тоже задачка та ещё. Можно было бы, конечно, оставить как есть и предложить подхватывать желающим. Но это как-то всё же неправильно. Так что, не накладывая, ессесно, никаких обязательств, всё же назову :) Маркиз, Крейди, Pixi, Белейшая Мышь, _Levsha_, Эрл Грей, Big Lynx, Christmans, Аглая... всё исключительно по желанию.

16:18 

Дэвид Брин. "Глина"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
В наши дни смерть не даёт никаких гарантий.


Для любителей научной фантастики имя Дэвида Брина вряд ли нуждается в представлении - неоднократный лауреат самых престижных жанровых премий, автор одного из лучших НФ-циклов последних десятилетий прошлого века, "Саги о Возвышении", наконец, участник "Трёх Б" - пусть и не столь прославленной троицы писателей-фантастов, как "Большая тройка" Азимов-Кларк-Хайнлайн, но всё же это тоже своего рода знак качества. В России Брина издавали тоже достаточно активно, хотя последняя новинка и датирована аж 2005 годом. Впрочем, справедливости ради надо сказать, что и написал он с тех времён не так чтобы много. Той последней новинкой и был роман "Глина".

Человеческая цивилизация, описанная здесь, освоила очень и очень интересную и перспективную технологию - человек научился создавать свои собственные копии, созданные из некоего трудноопределимого вещества, которое там и называют "глиной", переносить в них собственный разум, воспоминания, даже создавать в них своего рода аналоги собственной души, и таким образом оживлять. Копии выполняют за человека любую полученную работу, причём у них есть даже своего рода специализация в зависимости от типа использованной "заготовки" - так, к примеру, "серые" двойники ориентированы на интеллектуальный труд и общение, "красные" - на внимательность и скорость реакции, а "зелёные" используются для простых физических работ. Сам же "оригинал", т.е. живой человек, может в то же время заниматься чем сам захочет, а в конце дня вернувшиеся дубликаты просто "сгружают" в его мозг воспоминания и впечатления от прошедшего дня. Таким образом фактически реализуется нередко встречающаяся у людей мечта об, условно говоря, "сутках из 48 часов", или, иначе говоря, о возможности раздвоиться, растроиться или рас-сколько-то-там-еще-иться и таким образом успеть сделать, увидеть и испытать всё, что нужно и что хочется.

Главный герой - детектив Альберт Моррис; надо сказать, что преступлений в новых условиях меньше не стало, но они теперь в целом менее тяжки, поскольку обращены преимущественно против этих самых двойников, или дитто, которые считаются не людьми, а вещами. Так что, скажем, убийство дитто - это не более чем порча собственности. Впрочем, расследовать их всё равно нужно, и Альберт неплохо справляется со своей работой. Настолько неплохо, что очередным клиентом его становится сам Эней Каолин - создатель и руководитель компании "Всемирные печи", крупнейшего изготовителя этих самых заготовок. Первая цель - отыскать пропавшего некоторое время назад партнёра и, скажем так, ведущего технолога компании. Буквально на следующий день его находят мёртвым, но дело, конечно, не оказывается закрытым после этого, наоборот, Моррис, а также сразу несколько его двойников оказываются впутаны в чрезвычайно масштабную и хитроумную интригу, разобраться в которой обычному человеку просто так не удастся.

Я вовсе не преувеличиваю - сюжет романа со временем стал жутко запутанным, и хотя Брин явно держал все нити в своих руках и вывел множество переплетающихся линий к единому финалу, мне в полной мере разобраться в них так и не удалось. Тем более что одним изначальным фантдопущением дело далеко не ограничилось; впрочем, будь это более привычный детектив-боевик, то несмотря на, безусловно, интересную идею, книга бы мало чем выделялась из массы прочих. Брин же занялся развитием этой темы, правда, скорее, в философском ключе, сопровождая запутанные приключения персонажей рассуждениями на тему копирования и раздвоения сознания, ответственности творца и его взаимоотношений с теми, кого он сотворил, и так далее. В общем, лёгкого чтения тут искать не приходится; оно, впрочем, и к лучшему. Роман Брина - редкий в последнее время в нашем книгоиздании образец научной фантастики в самом что ни на есть классическом виде, пронизанный верой в человеческий разум, науку и технологию. И число таких книг, похоже, лишь сокращается, так что те, что есть, становятся только ценнее.


Думай, Альберт. Оглянись на все те трагедии, которые омрачали человеческую жизнь с самого ее начала. Болезнь забирала ваших любимых, голод косил ваше племя. Невежественные и косноязычные, вы не могли даже поделиться тем немногим, что успевали узнать. Ваши руки неуклюжи, ваши ноги медлительны. А проклятие, обрекающее вас быть в одном месте, когда бесчисленные дела требуют присутствия во многих! Предписания шаманов и священников не решили ни одной из этих проблем. Не сделали этого ни покровительствующие мистики, ни снисходящие до низов монахи.

Технология.

Вот что улучшило жизнь! В ней мы нашли ответы, последовательные, надежные, твердые, не зависящие от капризов. Ответы, одинаково применимые и к хозяину, и к вассалу. Ответы, которые сделали жизнь лучше и не исчезли.

Так почему не использовать технологию для решения величайшей загадки — бессмертия души?

16:22 

Бородатый анекдот

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Ввели четвертую программу телевидения. В первый же день гражданин сел к телевизору, включил первую программу и увидел, что по ней выступает Брежнев. Переключил на вторую — снова Брежнев. На третью — опять Брежнев. Переключил на четвертую. Там сидит полковник КГБ и грозит пальцем: «Я тебе попереключаю!»


Если кто-то скажет, что это я к чему-то конкретному - нехай клевещет.

20:17 

Эдвард Бульвер-Литтон. "Последний римский трибун"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Конец немного предсказуем...
Интернет-мем



Вышел я на эту книгу не самым прямым, хотя и не особенно длинным путём. Скачана она была уже давно вместе с кучей прочих, что называется, про запас. Когда писал пост о "Моголе" Саваджа, вспоминал другие книги этого автора, среди которых тогда не упомянул роман "Королева ночи", посвящённый жизни королевы Жанны Неаполитанской. Несколько эпизодов "Королевы" проходили в Риме, находившемся тогда под властью выходца из простонародья Колы ди Риенцо. И вот вспомнив эти эпизоды, следом вспомнил и о том, что у меня же есть целый отдельный роман об этом человеке.

Кола ди Риенцо - сын трактирщика и прачки, сумевший взять верх над могущественными сеньорами, исследователь и глубокий почитатель римской древности, успешный бунтовщик и неуспешный правитель, мечтавший восстановить величие родного города и объединить Италию в Buono stato - Доброе государство... Трудно придумать лучшего романтического героя, и даже очень удивительно, что он стал персонажем, по большому счёту, всего одной книги, к тому же написанной почти два века назад. Я говорю сейчас, конечно, только о художественной литературе; исторические исследования и биографии - вещь, с романтикой мало пересекающаяся. Но Бульвер-Литтон, сам по себе не бывший явным представителем романтического течения (точнее, представителем его в той же мере, что и большинства других), видимо, был покорён этим образом; его Риенцо - человек практически безупречный, наделённый даже теми качествами, какими в более сдержанных биографиях тому обычно отказывают (например, личной храбростью в бою), и при этом избавленный от недостатков, подобных отмечаемому исследователями чрезвычайному честолюбию. Хотя автор и указывает на некоторые его ошибки, но и они становятся результатом положительных качеств Колы - милосердия и доверия к людям. Вот только эти качества, которые похвальны в любом человеке, часто оказываются гибельны для правителя.

Впрочем, роман вовсе не обязан быть на сто процентов исторически достоверным; если Бульвер-Литтон хотел изобразить героя-мечтателя и показать его как в блеске, так и в гибели, то ему это, безусловно, удалось. При этом в книге, как и положено романтическому произведению, находится немало места для историй любви, как минимум трёх, которые так или иначе переплетаются с основным действием, иногда даже на время становясь его основной движущей силой. Но при этом автор всё же не забывает о том, что пишет он прежде всего исторический роман, и для своего времени непривычно много внимания уделяет и историческим реалиям, пусть даже, возможно, иногда выбирая те из них, что служат повествованию, а не препятствуют ему. И когда речь идёт не о научном труде, кто его осудит?

14:28 

Фредерик Форсайт. "Псы войны"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Фредерик Форсайт - классик определённого рода жанровой литературы, специализировался в основном на триллерах о шпионских операциях и заговорах, и роман, посвящённый наёмникам, в открытую участвующим в военных действиях, поначалу выглядит не вполне типичным для него. Вскоре это впечатление рассеивается - прежде всего, на этот раз наёмникам, для которых, кстати, наименование "псы войны" после выхода этой книги стало нарицательным, предстоит тоже не столько открытый бой, сколько тайная операция. А потом, очень скоро книга захватывает настолько, что для всяких сомнений времени уже не остаётся.

Действие происходит в 1970 году, когда исследователь-геолог обнаруживает на территории маленькой африканской страны Зангаро (вымышленной, хотя прототипом, похоже, послужила Экваториальная Гвинея) богатейшие залежи платины. Получивший этот доклад Джеймс Мэнсон, глава крупной корпорации "Мэн-Кон", жаждет заполучить контроль над месторождением, но есть проблема. Страной правит президент Жан Кимба, заполучивший власть вскоре после провозглашения независимости, и пользующийся определённой поддержкой СССР. А Союз, будучи одним из экспортёров платины, вряд ли захочет появления на рынке ещё одного поставщика. И тогда Мэнсон с несколькими приближёнными разрабатывает другой план и негласно, не от своего имени вовсе, предлагает одному из известных (в определённых кругах, конечно же) наёмных солдат сначала оценить возможность, а затем и осуществить переворот в Зангаро, чтоб привести к власти своего ставленника. При этом утечка некоторых данных всё же происходит, Союз планирует направить в страну свою геологическую экспедицию, так что время на операцию оказывается крайне ограничено.

Роман Форсайта, не побоюсь этого слова, удивляет. Причём сразу двумя, хотя и взаимосвязанными, моментами. Прежде всего, открывая книгу на подобную тему, поневоле ожидаешь, что в ней будут преобладать описания боёв, перестрелок, преследований и всего прочего, что обычно выглядит наиболее зрелищным в военных романах, равно как и в фильмах. Здесь этого не то чтобы нет, но отведены боевым действиям лишь считанные страницы в самом конце, до этого же речь идёт почти исключительно о подготовке - переговорах, переездах, закупках оружия, боеприпасов, экипировки, транспортных средств, поисках бойцов и всём прочем, что только может быть связано с организацией тайного и быстрого боевого удара. По сути, "Псы войны" - это производственный роман об очень специфическом производстве. Но что удивляет вдвойне - это то, что отчёты о закупках и денежных переводах, описания контрабандных операций и рутинная работа с подставными компаниями ничуть не утомляют, наоборот, автор ухитряется описывать их настолько увлекательно, что эпизоды, когда всё это сменяется открытым боем, кажутся даже слегка чужеродными.

Кое-где видел отзывы, что, дескать, Форсайт здесь снова изобразил СССР как империю Зла. С этим я согласиться никак не могу. Да, Кимба жестокий диктатор; да, советскую поддержку он получает, и идеализировать Союз в этой книге причин нет. Но и представители западного мира не выглядят ни на каплю лучше; планируемый переворот ничуть не улучшит хоть чьё-то положение в этой стране, кроме разве что изгнанного Кимбой полковника, который должен стать следующим "президентом" и послушно выполнять волю тех, кто его на это место поставил. По большому счёту, положительным героем тут можно назвать разве что самого главного персонажа, Кота Шеннона, того самого наёмника, который и организует операцию по перевороту. Но и то лишь отчасти, благодаря всё же имеющемуся у него стремлению к хоть сколько-нибудь справедливому исходу событий.

Спустя десять лет после издания книга Форсайта была экранизирована под тем же названием; главную роль сыграл Кристофер Уокен. Я этот фильм пока не видел, но думаю, что постараюсь посмотреть, может быть, не сразу, а по прошествии некоторого времени. Всё же весьма любопытно, насколько удачно подобную книгу смогли экранизировать. Отзывы, по крайней мере, немногочисленны, но чаще положительны...

20:08 

Алан Савадж. "Могол"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Исторические романы Алана Саваджа появились на русском языке где-то в середине 90-х, как раз в период моего первого увлечения этим жанром, так что тогда они пришлись как нельзя кстати и очень хорошо запомнились, несмотря даже на то, что ни переизданий, ни новых произведений его с тех пор у нас и не выходило. Правда, роман "Могол" тогда мне в руки не попался, да и впоследствии удалось раздобыть только электронную версию. Тем не менее, прочёл я его с не меньшим интересом, чем без малого два десятка лет назад (подумать ведь только...)

На самом деле, Алан Савадж - это только один из многочисленных псевдонимов почти неизвестного в России, но очень плодовитого британского писателя Кристофера Николя, автора более чем двухсот книг, преимущественно исторических и романтических. Неудивительно, что при таком количестве произведений в них проявлялись те или иные характерные черты и излюбленные приёмы. Почти все из тех немногих книг, что переведены на русский язык, выстроены по сходной схеме: некий англичанин по той или ино причине оказывается в достаточно развитой, но экзотической для западноевропейского жителя стране, достигает там довольно высокого положения и кладёт начало династии, представители которой впоследствии так или иначе соприкасаются со многими важными событиями. Так его герои оказывались в Османской империи (роман "Османец" ), Китае времён династии Цин (дилогия "Восемь знамён" и "Последний знаменный" ). На сей раз, как несложно догадаться, местом действия стала Индия в эпоху владычества в ней Великих Моголов.

В начале XVI века король Генрих VIII организует экспедицию в Азию на поиски легендарного царства пресвитера Иоанна; во главе экспедиции оказывается один из его придворных Томас Блант вместе со своим братом, молодым, но уже опытным путешественником Ричардом. Благополучно достигнув берегов Индии по морю, братьям приходится сойти на землю и отправляться в Делийский султанат в надежде найти сведения о цели своих поисков. Увы, до столицы султана Ибрагима Лоди добирается один только Ричард, но и там его продолжают преследовать неудачи. Султан не желает иметь с ним дела, его приближённые попросту грабят англичанина, а вскоре тот и вовсе оказывается в тюрьме за связь с мятежниками. На свободу же его выводит счастливый (для него) случай: на Дели движется армия завоевателя Бабура из афганских земель, и устрашённый султан вооружает заключённых в надежде таким образом укрепить свою армию. Однако Ричард, рассудив, что при захватчиках хуже ему не будет, ухитряется взбунтовать свой полк и увести его к Бабуру, и таким образом помогает тому победить и завоёвывает доверие нового правителя.

Так и возникает династия Блант-бахадуров, в течение следующих полутора веков служивших опорой трону Великих Моголов и представлявших индийских владык, защищая их интересы даже перед европейцами, в том числе и англичанами. Впрочем, в отличие от других книг эта кажется довольно суховатой и однообразной - кажется, будто Бабур и его преемники только и делали, что ходили в завоевательные походы и грызлись с бунтующими родственниками. Да и с историческими событиями на сей раз Савадж обходится непривычно вольно, даже если не принимать во внимание саму изначальную посылку о присутствии при дворе правителя приближённого-европейца. Скажем, в смерти султана Акбара автор прямо обвиняет его наследника, хотя историки в большинстве своём считают, что он умер от болезни.

Но как бы то ни было, неудачным я этот роман тоже не назову, свою роль он выполняет, представляя читателю обзор истории крупного, но не особо известного государства на протяжении полутора веков. В любом случае, на индийскую тему книг не так много существует, а Савадж в большинстве случаев достаточно точен в описаниях и рассказах.

21:07 

Сходили на "Мушкетёров"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.






Как-то так.

(Если чо, дальше спойлеры).

Нет, начиналось-то всё достаточно пристойно, бодренько и в целом канонично, хотя уже с самого начала фильм производил впечатление малоосмысленной нарезки коротких эпизодов, в которых, не читая книгу, толком и не разберёшься. По большому счёту он так и остался по сути длинным трейлером к грядущему сериалу, но до поры всё шло хотя бы достаточно близко к книге. Хотя отрезок, связанный с совращением Фельтона миледи, стал апофеозом творчества монтажёров. Здесь это было так:
Кадр 1. Миледи высаживается на остров (не в Англии, а на остров Ре поблизости от Ла-Рошели, где находится Бекингэм, но это мелочи). Её арестовывает некто довольно молодо выглядящий. Я предположил, что это и есть Фельтон, но на деле Фельтоном оказался дядька лет сорока, если не больше.
Кадр 2. Миледи в постели, этот самый дядька смотрит на неё, то ли одеваясь, то ли раздеваясь.
Кадр 3. Дядька входит в кабинет Бекингэма, слышит приказ казнить миледи, и закалывает сначала слугу, а затем и самого герцога. Всё это в полном молчании. Бог с ними, с событиями пяти или шести глав книги, отведённых этому процессу, но даже в нашем старом фильме при всех сокращениях всё было показано вполне понятно.
Но чем дальше, тем больше разворачивалась душа сценаристов на тему "всё, конечно, было так, но не совсем так, а вот как". Герцог-то сразу не умирает, его везут на лодке на встречу с королевой, но доезжает он уже мёртвым, королева кричит "Noooooooooooo!" и рыдает, наблюдающий за всем этим кардинал проникается и сострадает.
Дальше фантазия вовсе пустилась вразнос. Людовик устраивает сцену Ришелье на тему того, что нельзя убивать герцогов, так и до королей добраться можно. Ришелье вдруг приказывает арестовать миледи, та сбегает, Рошфор передаёт мушкетёрам увольнительные для погони за ней. Миледи добирается до Бетюнского монастыря, зачем-то пытается увести с собой Констанцию, а затем закалывает её. Вот начерта она ей лично-то? Даже с д'Артаньяном она толком не сталкивалась, в отличие от того же Рошфора, который вдруг становится чуть ли не лучшим другом мушкетёров.
Про финал погони я вообще вспоминать спокойно не могу, так что лучше и не буду. Но вот начерта столько отсебятины? Я ещё могу понять "оживляющие и веселящие" (это не цитата, а просто характеристика) вставки типа той, когда мушкетёры отказываются драться с д'Артаньяном, поскольку он всё ещё девственник. "Идите по такому-то адресу, спросите Лизетту. Через два часа мы вас ждём". Или штурм вчетвером целой крепости кардинальской гвардии для спасения похищенной Констанции. Но такие существенные и ничем не обоснованные перемены в сюжете... Вообще не представляю, вот зачем? А?

Сериал я всё равно, наверное, посмотрю, когда выйдет. Удачные моменты есть, и при большем объёме, возможно, станут ещё лучше. Но отсебятина-то не денется никуда...

18:49 

Синдром утёнка

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Попробовал сегодня посмотреть французский сериал "Графиня де Монсоро"... и не сумел. Не могу воспринимать персонажей этого произведения иначе, чем в нашем сериале 96-го года. Даже при чтении книги перед глазами не абстрактные герои возникают, а персонажи Домогарова, Беляева, Дворжецкого, Горбунова и массы других чудесных актёров. А во французском фильме их нет. И, наверное, он хороший... но мне не смотрится совсем. Как-то даже грустно.


13:24 

Окончен Кипрский роман

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Вот и всё. Пройдёт ещё несколько часов, и я официально стану безработным и смогу распрощаться с Кипром. Пусть даже обратного билета у меня ещё нет, и ближайшие недели будут довольно насыщенными, но насыщенность эта всё равно будет связана с возвращением, и ни с чем больше.

Я, в общем, не сомневаюсь в том, что решение принял правильное и нужное. Оставаться здесь навсегда я никогда не собирался, родители, ждущие дома, моложе и здоровее, увы, не становятся, да и перемены, происходящие в компании, мне не по душе. Вдаваться в подробности не буду, это всё на уровне мелочей и ощущений, но на комфортность работы они влияют определяющим образом.

Всё это так. Но несмотря ни на что, сейчас мне больно, горько и страшно. За девять с лишним лет в компании вообще и больше чем за шесть с половиной здесь, на Кипре, я сросся с этой компанией, и резать эти связи тяжело. Этот отдел когда-то состоял из двух человек всего лишь, пусть даже у меня была не основная, но всё же и неотъемлемая роль в его создании, работе и росте все эти годы. А впереди пока сплошная неизвестность.

Я знаю, что на самом деле это дурь и глупость; просто завершение одного большого периода жизни и начало другого, и еду я не в неизвестность, а к себе домой, где меня ждут и любят, несмотря ни на что. Только разумные доводы пока не помогают, ощущения забивают всё. Не прямо сейчас; сейчас я улыбаюсь, выслушиваю сожаления от расставания (вполне возможно, искренние, от большинства, по крайней мере) и пожелания удачи и произношу их в ответ. Когда снова останусь один, будет тяжелее, как было во все последние дни. Тогда снова будет острейшее желание спрятаться от мира, свернуться в клубок и выть. Хорошо, что слушать некому. А потом пройдёт.

13:14 

Александр Дюма. «Шевалье де Сент-Эрмин»

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Обнаружение доселе неизвестных произведений знаменитых писателей, тем более спустя многие десятилетия после их смерти, это всегда повод для подозрений – не скрывается ли за этим мистификация, попытка заработать денег на популярности классика. Не избежал такого открытия и знаменитейший Александр Дюма – в начале XXI века в рядах литературоведов и простых книголюбов прогремела новость о том, что найден доселе неизвестный его роман. Впрочем, судя по всему, мистификацией по крайней мере этот случай не был. История находки, подробно изложенная в предисловии к роману, выглядит весьма убедительно – в ней нет никаких тайных архивов, спрятанных рукописей, ничего подобного, зато есть публикации в периодической печати в течение почти всего 1869 года, есть письма Дюма с планами произведения. С другой стороны, достаточно странно, что при всём этом о «Сент-Эрмине» не было известно в течение 130 лет. Однако чего в жизни не бывает… Возможно, существенную роль сыграло то, что книга не была закончена и не дождалась отдельного издания, с которыми обычно писатель старался не затягивать.

«Шевалье де Сент-Эрмин», как и почти любая из книг Дюма, запросто может читаться отдельно от других его произведений, но при этом его всё же легко можно включить в условную трилогию, посвящённую временам революции, консульства и империи во Франции, вместе с романами «Белые и синие» и «Соратники Иегу». Главный герой романа, Гектор де Сент-Эрмин, это последний представитель семьи убеждённых роялистов и противников революции, борьба с которой для его отца и двух старших братьев завершилась трагически. Надо сказать, что судьба его семьи как раз и описывается в двух упомянутых романах, благодаря чему их и принято объединять, хотя о временах революции и империи Дюма писал и в других романах. Сам Гектор тоже сражался в рядах бунтовщиков против Директории и был в конце концов арестован, но счастливо избежал казни, хотя и провёл в тюрьме три года. В конце концов сам Наполеон соглашается заменить ему казнь службой в армии, но под чужим именем.

По изначальному плану, действие книги должно было продолжаться до 1815 года, однако, увы, довести замысел до конца писатель не успел. Читателям пришлось расстаться с героем книги в Италии в 1806 году; позднее были найдены лишь её три главы, относящиеся к 1809 году. Но даже неоконченный, роман превосходит объёмом большинство книг Дюма, предлагая читателю не только историю главного героя, являющего собой фактически квинтэссенцию романтического персонажа «по Дюма» - Гектор де Сент-Эрмин храбр, силён, блестящ в воинских навыках, честен, благороден, умён, образован, при этом ещё и трагически влюблён. В общем, он идеален едва ли не чрезмерно – и при всём этом отчего-то не кажется искусственным. Вот как это Дюма удавалось?.. Впрочем, вернёмся к книге. Очень большое внимание писатель уделил в ней историческим событиям и лицам – Франция стремительно расстаётся с революционным наследием и движется к новой монархии, Наполеон Бонапарт неостановимо восходит к вершине власти, адмирал Горацио Нельсон, уже оставивший службу, возвращается, чтоб сослужить последнюю службу своей стране. Конечно, с историей Дюма обходится по обыкновению вольно, хотя многие описанные им события и подтверждаются документально. Да и некоторые свидетели тех событий были ещё живы, а если не они, то по крайней мере те, кто вживую слышал их рассказы.

Принято считать, что Дюма нередко пользовался услугами «негров», писавших за него массивы текстов. Так это или нет, не мне судить, через плечо в рукопись не заглядывал, да и просто прочёл, пожалуй, лишь меньше половины его книг. Но, по моему любительскому мнению, «Шевалье де Сент-Эрмин» - это истинное его творение, к которому вряд ли прикасалась чья-то ещё рука (кроме Клода Шоппа, но соответствующие страницы в книге указаны особо). Тому есть подтверждения и в воспоминаниях родных, и в чисто логических рассуждениях – будь роман написан кем-то ещё, кто мешал им закончить его даже без Дюма, благо он не скрывал будущего хода событий и финала книги. Но прежде всего это просто ощущение, а также вера в автора, который, нередко допуская вольности и небрежности, умел придавать своим произведениям потрясающий драматизм, и вновь проявил это своё умение в своей последней книге.

15:23 

Музыкальное

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Русский романс: она меня не любит. Вот помру мучительной смертью - будет знать.
Польский романс: она меня не любит. Не судьба, значит, будем жить.
Немецкий романс: она меня не любит. Ох ты ж блин, вот никак она меня не любит! Не любит, и все тут!
Испанский романс: она меня не любит, а любит Хорхе. Не, она как хочет, а вот Хорхе не жилец.
Ирландская застольная: вот был у меня друг, его в родном Коннахте девки не любили. Так он уплыл на континент и перетрахал всю Францию. А мне принесите еще пивка.

13:48 

Роберт Асприн. "Игры драконов"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
«Мой дядя, может, и не самых честных правил – чёрт его знает, каких он вообще правил, я ж с ним толком и не общался – но уважать он себя заставил, и, конечно же, племянника на произвол судьбы не бросит,» - так думал молодой повеса Гриффен Маккэндлс, с горем пополам окончивший наконец университет и приехавший в офис к своему дяде Малкольму, преуспевающему бизнесмену, в надежде получить тёпленькое местечко. Но того, что дядя Мэл ему скажет, предвидеть он, разумеется, не мог. Оказывается, с давних времён бок о бок с человечеством живут самые настоящие драконы. Не гигантские огнедышащие ящеры, правда – это была намеренная дезинформация. Драконы маскируются под людей, играя по их правилам, чтоб добиться своей цели. А цель у любого дракона одна – власть и богатство. Просто добиваться её можно по-разному. Кроме того, есть у драконов и пророчества, например, что однажды появится почти чистокровный дракон и навсегда весь мир переменит. Как именно – неизвестно, но нетрудно догадаться, что этим самым почти чистокровным драконом и оказывается Гриффен.

Теперь юноше предстоит осваиваться в совершенно новых условиях, причём быстро, ведь остальные драконы уже строят собственные планы на его счёт – кто-то будет наблюдать, кто-то захочет подружиться, а кто-то, наоборот, уничтожить как неясную угрозу. А возможностей у них наверняка хватает, ведь драконы всегда где-то при власти, учитывая их цели и способности. Доверившись одной из сторон, Гриффен и его сестра Валери сбегают в Новый Орлеан – где же ещё осваиваться с тем, что считал мифами, если не в признанной столице магии вуду, оборотней и прочих тайн?

Ох, Асприн, Асприн… В творчестве его было немало как по-настоящему замечательных произведений, причём разных жанров, хотя имя ему сделало юмористическое фэнтези, так и откровенного фуфла, простите мой клатчский. И никогда нельзя было знать заранее, что на деле – в плане качества – ожидает читателя под очередной обложкой. Идея о том, что среди людей скрываются иные существа, обладающие определёнными сверхспособностями, безусловно, не нова, называй их хоть драконами, хоть пришельцами, хоть кем угодно ещё. Взяв её за основу, можно создать какое угодно произведение, от юмористических приключений до политического триллера. Асприн пошёл достаточно простым, но при этом не теряющим актуальности путём – центральное место в сюжете занимает взросление и становление главного героя книги, его обучение на посту нового главы подпольного игорного бизнеса в Новом Орлеане, многочисленные новые открытия и знакомства и изучение собственных способностей. Автор умело ведёт Гриффена по достаточно узкой дороге, балансируя между потенциальными его возможностями и текущим неумением их использовать. С другой стороны, по-настоящему серьёзных испытаний ему ещё и не выпадало – даже те, что кажутся такими, на деле сколько-нибудь ощутимых угроз не несут.

Конечно же, свой путь Гриффен ищет не в одиночестве – хватает у него и союзников, и противников, и просто знакомых. Но при всём обилии персонажей, вторым главным героем книги, пожалуй, я бы назвал сам Новый Орлеан, по крайней мере, ту его часть, которую изображает Асприн. Улицы и рестораны, музыканты и игроки, а где-то рядом – маги вуду и те, кто умеет управлять. Атмосфера всего этого Асприном описана по-настоящему замечательно и очень даже заманчиво. Понятно, что картинка предстаёт идеализированная, но на всё это действительно хочется посмотреть вживую.

И ещё один момент. В последние годы Новый Орлеан в значительной мере ассоциируется с ураганом, принесшим городу колоссальные разрушения в 2005 году. В книге о нём речи нет, возможно, пока, хотя действие и происходит уже в 2000-х. Однако несколько раз речь заходит о том, насколько разрушительны бывают драконы-женщины, в том числе упоминались и некоторые стихийные бедствия. А таковых среди персонажей есть целых несколько… Что-то мне подсказывает, что просто так эту тему Асприн в продолжениях не спустил. Правда, сомневаюсь, что нам доведётся это узнать. К сожалению, популярность его давно прошла, а этот новый цикл, пусть и не так уж плох, но и от вершин творчества весьма далёк. Крайне сомнительно, что кто-то возьмётся за продолжения, а искать и читать на английском… не настолько мне хочется узнать, что будет дальше. Немного грустно от этого…

16:35 

Дэрил Грегори. "Пандемоний"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Книжная серия «Сны разума» начиналась как собрание современных произведений в жанре твёрдой научной фантастики, но в результате внутрииздательских перетрясок и перестановок вскоре рамки стали расплываться, и в серии начали появляться как явно неподходящие произведения (например, та же «Поднебесная» Кея), так и странноватые вещи вроде этого самого «Пандемония».

Действие романа происходит в современном, но альтернативном мире, в котором где-то с середины ХХ века в людей начали вселяться некие таинственные сущности, которых за неимением лучшего определения назвали демонами. Демоны эти крайне разнообразны и далеко не безвредны, например, в 1955 году одержимый-камикадзе убил президента Эйзенхауэра. Главный герой книги, Дэл, в детстве тоже был одержим, но затем его демон, Хеллион, исчез – известно было, что вселяется он только в мальчиков в возрасте девяти-десяти лет. Но теперь спустя многие годы, Дэл вновь чувствует в себе симптомы одержимости и возвращается в родной город в надежде окончательно избавиться от «подселенца». В поисках экзорцизма он встречается всё с новыми и новыми теориями происхождения демонов, количество одержимых вокруг неуклонно растёт, вот только решения всё не находится и не находится...

Я не зря назвал эту книгу странноватой. По крайней мере, такой она представляется читателю-неамериканцу. Самое начало романа выглядит весьма бодро, идея выглядит достаточно интересной и перспективной, но впоследствии всё начинает как-то размываться, да и явная связь с американским масс-культом на пользу книге не идёт. Многие демоны выглядят и действуют как персонажи комиксов; из-за этого «Пандемоний» вызывал стойкие ассоциации с небезызвестной серией «Диких карт». Однако те «мозаичные романы», написанные несколькими авторами каждый, в конечном итоге выглядят куда более цельными и логичными, чем книга Грегори, в которой намешаны ещё и юнгианские и фрейдистские теории, отсылки к романам Дика и Ван Вогта и многое другое. Сюжет постепенно запутывается сам в себе, нагромождая новые и новые загадки вокруг изначальной; это не было бы большим минусом, если б в итоге он получил хоть сколько-нибудь чёткую развязку или хотя бы намёк на разгадку в будущем, однако на деле не случилось ни того, ни другого. Финал оборачивается бессмысленным пшиком, не давая по большому счёту никаких ответов.

И от этого особенно грустно, потому что у книги хватает и положительных сторон. Небольшие интерлюдии, описывающие те или иные проявления демонов в прошлом, написаны по-настоящему мастерски, живо и образно; да и вообще у автора получилось описать задуманный мир - вроде бы такой же, как наш, с отличиями в мелочах, которые, однако, накапливаясь, делаются весьма существенными. Не мне давать советы писателям, но с чисто любительской точки зрения эту книгу куда лучше было бы сделать не романом, а сборником или циклом произведений менее крупной формы. Грегори проявил себя мастером эпизодов, но большой сюжет ему, увы, не дался.

20:24 

Андрей Жвалевский, Игорь Мытько. "Сестрички и другие чудовища"

Ты знаешь, кто я? Я - твой друг.
Страшнее кошки зверя есть.


Ровно семь лет назад я писал тут отзыв на роман Жвалевского и Мытько "Здесь вам не причинят никакого вреда", который, как тогда предполагалось, открывает их новую серию юмористического хоррора. К сожалению, все эти семь лет о продолжении не было даже слуха, да и вообще совместных произведений у них не выходило. Время от времени я просматривал их странички, перечитывал первую книгу, вздыхал и продолжал ждать, не то чтобы всерьёз, но так, подсознательно. И тут... буквально не далее как вчера обнаружил-таки на "Литресе" второй том, который на бумаге ещё даже не вышел. И все прочие планы полетели к чёрту.

В отличие от первого тома, "Сестрички" представляют собой не единый роман, а сборник из нескольких рассказов и объёмной повести, которые продолжают историю главных персонажей серии - бывшей стажёрки, а ныне сержанта Интеркошмарпола Мари, её сестры-близняшки Ирэн, её начальника инспектора Георга и всех прочих. На сей раз кошмар неизвестного вида совершает массовые нападения по всему земному шару прямо во время крупной международной конференции, и лучшие силы полицейских не в силах противостоять ему. Лишь несколько уцелевших, среди которых, конечно, и наши главные герои, непременно во всём разберутся и мир, конечно, спасут.

Самое плохое, что можно сказать об этой книге - после семилетнего ожидания ну о-очень мало. Была б книга побольше раза в полтора-два, куда как лучше было бы. Я так думаю. Ну и ещё - то, кем оказался тот самый кошмар и как построен сюжет после его раскрытия (не буду спойлерить), мне показалось не слишком удачным, хотя, может, это результат стереотипного мышления. Так-то почему бы и нет, конечно... Но всё же осадок какой-то остался.

А в остальном книга замечательна, наполнена шутками и гэгами на грани абсурда на самые разнообразные темы, от российско-американских отношений (подчёркнуто стереотипных, но оттого лишь более смешных) до пингвиньих повадок (основное действие книги происходит в Антарктиде); кроме того, нередко по-настоящему убойные эпиграфы к главам на уровне лучшего Асприна; по-новому раскрывающиеся старые знакомые (лейтенант О. и Ирэн) и сразу несколько отличных новых персонажей, жаль только, Георг на их фоне несколько потерялся; неполный, но всё равно впечатляющий перечень средств антикошмарной борьбы, а также многое, многое другое.

И да, я в полном восторге от наконец возобновившегося сотрудничества этого авторского дуэта, и буквально на днях наверняка перечитаю эту книгу заново, а может быть, вместе с первой, а может, сначала без первой, а потом вместе с ней ещё раз, а может... впрочем, не будем заглядывать настолько вперёд. Лишь бы только это не оказалось единичным всплеском. Хочется, чтоб историй от Жвалевского и Мытько было больше, и совсем необязательно именно в этой серии.

Берлога

главная